Мечта

Слезы катились по замурзанным Сережкиным щекам, а он, размазывая  их и стараясь сдерживать рыдания, причитал:
— Вот, гады, не взяли! Мал еще, говорят! Мал… А чья идея самолет построить?! А у кого еще есть самолет?! Ну и пусть игрушечный! Зато совсем как настоящий. Куда бы они без него?! Как бы без образца строили?! А я ведь не зажал… Не побоялся, что родители заругают… Пожертвовал на общее дело.
-Хотя…- постепенно успокаиваясь, шмыгнул носом Сережка, —  Пашка вон альбом не пожалел, новенький! А Колька с Витькой карандаши цветные притащили…  Тоже из школьных запасов. Досталось, небось, от родителей! Зато есть, где чертежи нарисовать!  Колька умеет, он самый старший,  они уже черчение проходят…
— Сходить что ли к маме на работу?- думал Сережка.- Если попросить, может, и даст рубль? А еще лучше — два! Два рубля — это два ящика из-под «Беломора». Если разобрать, то фанеры, наверное, на целое крыло хватит! Сразу приняли бы! Только вот даст ли мама денег? Опять, небось, разноется: «Это ж старыми двадцать рублей! Да где я такие деньги возьму?!»
— Старыми…- покрутил головой Сережка. — Вот противное слово! Да какая разница, сколько это старыми?! Что я их помню что ли, эти старые?! Маленький же был! Тогда за рубль в кино можно было сходить. На детский сеанс. А сейчас за десять копеек… Пожалуйста! Интересно, а за два рубля? Это ж, сколько фильмов посмотреть можно?!
Сережка, стараясь припомнить таблицу умножения, о которой не вспоминал с самой весны, как только начались каникулы, начал загибать пальцы и, морща лоб, попытался подсчитать, на сколько же походов в кино хватило бы этих двух рублей. Он долго и безуспешно загибал пальцы то на одной руке, то на другой и, в конце концов, вздохнув и разровняв ногой пыль на дороге,  вооружился прутиком и перешел к письменным вычислениям.
— Эх, хорошо папе! Он и в уме уже посчитал бы!- думал, старательно выписывая цифры в столбик, Сережка. — Так… В одном рубле сто копеек… Два в уме… Что же это получается?! Это ж… Целых двадцать раз? Ничего себе! Если только по воскресениям, то почти до середины лета денег на билеты  хватит!..  Да! Немалые деньги! Не даст их мама, пожалуй.
Чудовищные числа, полученные в результате вычислений, и перспектива так и не полететь на самодельном самолете до того потрясли Сережку, что он, в сердцах отбросив прутик и почти без сил опустившись на дорогу, вновь зарыдал.
— Доробо, догор!* Сево, паря, онако, пласис, а? Собака укусил? Папка била? Пасана обидела? Сево пласис, а?
Рядом с плачущим Сережкой стоял его давнишний знакомый  — дядя Егор, каюр из папиной геологической партии.
Сережка знал дядю Егора уже два года и, хотя тот «руски не сыпко понимала», сложную его речь понимать быстро научился да и свои мысли новому товарищу донести мог.
— Я, дядя Егор, самолет с пацанами хочу строить, а они меня не берут! Неси, говорят, фанеру, тогда возьмем. А где я эту фанеру возьму? Только с ящиков, если разобрать… А ящик от папирос в магазине рубль стоит.
— Пасана обидела? Мамка, онако, сто говорит? Даст деньга?
— Я у нее и спрашивать боюсь, заругает…
— Плоко! Мамка тебя любит, даст деньга!
— Ну, может, и даст! Только просить боюсь. Ругать будет, отговаривать…
— А засем тебе деньга?
— Вот те раз! Объяснял же! Мне не деньги надо, мне фанера нужна! Для самолета!
— Сапсем бестолось, онако! Моя сарайка сетыле ясик панера есть. Скап-сыпанер якуский делай хотела. Онако, сетыле ясик  мноко, два нузно! Тебе два нузно? Два дам. Сапсем новый панера. Тебе подарка. А как потасис?
-Дядя Егор, ты не шутишь? Точно подаришь? И маме не скажешь?
— Сама сказис. Как потасис?
— Ладно, сам расскажу. А ящики я веревкой к велосипеду привяжу с двух сторон. У меня есть.
— Молосса! Пасли, онако! Сяй пьем, ясику присепим…
— Дядя Егор, а тебе не жалко?
— Э, онако, сево зелеть? Догор, тобарис… Онако, приятно дазе,!
Спустя каких-то полчаса, Сережка, привязав с помощью дяди Егора ящики к велосипеду и услышав в ответ на свое «спасибо» привычное «э-э-э, ланно, онако», уже гордо катил по дороге.  Его почти совсем скрывшийся среди ящиков «Школьник» оказался норовистой кобылкой и нипочем не хотел подчиняться воле хозяина. Он то и дело сворачивал с правильного пути, норовя скатиться под откос. Так что пришлось Сережке катить свой «грузовик» руками.
Но и руками управлять этим транспортным средством было непросто. Сережке приходилось, приподнимаясь на цыпочки, по-гусиному вытягивать шею. Он старательно тянулся к рулю через широкий ящик и завидовал ребятам постарше, у которых руки наверняка длиннее и, значит, рулить им намного удобнее. Уж локтями-то точно об ящики не стукаются.
— Ну ничего, вот вырасту большой, легко буду ящики возить, хоть два, хоть три. Хотя зачем мне ящики возить? Я же буду на самолете летать! Вот эти дотащу и все. Разок-то и потерпеть можно. Построим самолет и летать будем. Вот ребята обрадуются, когда ящики привезу! Сами-то, небось, ящики на фанеру разобрать не додумались!?
— Эй, славяне! Принимай фанеру!- крикнул Сережка, пытаясь пропихнуть велосипед с ящиками в открытую калитку.
— Ого! Как ты их только допер?! Хорошо хоть на велик привязать догадался! Только на фига нам ящики?- наперебой загалдели ребята. — Вот если бы целый лист, а с ящиками еще мороки сколько!
— Да ничего! Разберем! Все равно же так сидим, разговоры разговариваем, — вступил в разговор самый старший, Колька. — Выбирать-то и не из чего! Глядишь, и насобираем на аэроплан…Так что за дело! Витька, тащи клещи, а ты, Пашка, давай стамеской вон гвоздики аккуратненько разгибай. Ну чтоб листы не попортить!
— А я? Мне-то что делать?- бегал вокруг Кольки Сережка. — Мне что, так сидеть? Я тоже строить хочу. И летать хочу!
— А ты, Серый, отдохни пока маленько. Чего тебе надрываться?! Устал, поди, пока сюда их тащил? Вот и посиди. — Но, увидев огорченное лицо готового вот-вот расплакаться Сережки, добавил: минут пять, а отдохнешь — глянь, кому помощь нужна, и подключайся, помогай.
— Ладно! Хорошо! Я мигом отдохну и помогать начну!- аж задохнулся от счастья Сережка.
Да и как было не радоваться?! Не обманули, приняли в общество по строительству  самолета! Теперь  смело можно говорить «мы», а значит, и до полетов уж рукой подать! Дня за три-то, небось, построим!
— Паш, а Паш, а за три дня мы самолет построим? А то мне летать хочется. Прямо как тогда, с парашютом! Аж в животе щекотно!
— Не, Серый, за три не построим. Вот дней за пять, наверное, можно. Только потом самолет еще красить надо, чтоб вода не впитывалась, но это быстро,  а вот пока высохнет — дожидаться… Мать полы покрасила, так неделю по мостикам из досочек ходили.. Долговато краска сохнет! Если только на солнышке да на ветерке  побыстрее будет…
Специальной бы краски достать, да только где ее возьмешь?! Ее, думаю, и в аэропорту нет…
— Так это что ж целую неделю еще ждать придется?! Эх! А полетать как охота! Здорово, наверное! Я только маленьким на самолете летал, когда к бабушке в отпуск ездили. Плохо помню. Тошнило меня тогда сильно. Но в своем-то самолете не будет тошнить, а? Да и некогда, рулить же надо!
— Эх, ты!.. Не рулить, а пилотировать!- даже обиделся Пашка. — Это на машине рулят, а на самолете и космических кораблях пилотируют. Не слыхал что ли по радио?
Про то, что на самолете не рулят, а пилотируют, Сережка, конечно, не знал. Но раз Пашка говорит, то так и есть. Он врать не будет. Он в этом деле соображает. Одних только моделей сколько построил! У него дома и под потолком места свободного нисколечко нет, везде всякие модели висят. А уж на шкафу… Вот только слово какое-то серьезное…
— Паш, слушай, а пилотировать труднее, чем рулить? Ты умеешь? А меня научишь?
— Я-то? Маленько умею. Ну и тебя, конечно, научу. Только сейчас-то главное построить…  А нам еще и материалов, наверное, не хватит… Еще фанеру искать придется!
— Да… — приуныл Сережка, — долгое дело… А я-то думал…
— А ты думаешь, я свои модели за один день построил? Да не меньше недели уходило. А таймерную так вообще два месяца делал! Так они ж маленькие, на них не полетишь! А тут-то мы вон на какую громадину замахнулись… Может, даже вдвоем летать можно будет, — втолковывал Сережке Пашка, но, заметив, что самый младший в их компании от перспективы долгого ожидания уже готов заплакать, успокоил:  Да ты, Серый, не дрейфь! Построим! Куда он денется!
— Да… Я чего?.. Я ничего,- дрожащим голоском почти шептал Сережка. – Конечно, построим! Куда ж ему деться?! Построим, конечно! Обязательно построим!

* Доробо догор! — Здорово, друг! (якутское приветствие)

Мечта: 4 комментария

  1. Свежестью, свежестью пахнуло, Сергей! А дури во мне не убавилось — детство заиграло, пора уже…Ты пиши. Без труда не вынешь рыбку из пруда. Пахать надо, а жатва непременно порадует. Прости за «трёп» — не могу «трепаться» набегу… Потерпишь?

    1. Потерплю, конечно, Васильич. Не вчера же написал… Года три уж прошло, пожалуй… Сам читаю как знакомое, но чужое :-)

  2. Словно окно распахнул — жизнью с ног до головы обдало! Откуда в тебе такое вдохновение, Сергей? Ты же полной грудью дышишь — шумно, легко, свежо!Ну, брат, я даже заёрзал на табуретке. Тоже хочется чего-то такого этакого…Но до середины апреля связан по рукам и ногам. Располагаю временем только для приёма пищи и сна. На всё остальное — чужая воля. Дай тебе Бог!

    1. Спасибо, Васильич, за добрые слова. Чувствуется рука профессионала. Не скрою, приятно. В принципе, тут три рассказа.. Как продолжение один другого.. У каждого свое название. Не знаю как это называется… :-) Второй тоже готов, наверное, на днях размещу… А третий не закончен. Выскребу времени для него или нет… Наверное, все же да… Но не в ближайшем будущем… К сожалению. Удачи тебе. И свободного времени тоже. Может, еще порадуешь нас чем-то…Может, что-нибудь из серии «Ну, дури у меня всегда хватало…» :-) Как ты меня тогда натолкнул! Кстати, мне в ответ на рассказ фото того парня прислали. Примерно тех лет. И с тем «Бураном».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Получать новые комментарии по электронной почте. Вы можете подписатьсяi без комментирования.