Наледь

О бывалом

За ночь снова сильно похолодало. Столбик термометра опустился за отметку минус пятьдесят. Белое декабрьское солнце, не давая хотя бы сколько-нибудь ощутимого тепла, висело над заснеженной якутской тайгой.

Андреич проводил взглядом подвезшую его попутку и остался на дороге один. Он посмотрел с полотна дороги вниз, покрутил головой и подумал:

— Эх, вчера бы выйти! Всего-то сорок пять было! Да кто ж знал, что это потепление так ненадолго?!

И действительно, после почти двухнедельных шестидесятиградусных холодов, минус сорок пять воспринималось как потепление, как подарок.

— Да и сегодня, надо было б на пару часов пораньше из Поселка выйти. Да что поделаешь, не было попутки. И всего-то сорок восемь километров, а вот попробуй-ка пешком пройди – дня не хватит! Короток зимний день. Придется, видно, теперь самый сложный участок потемну проходить. Хорошо хоть, что полнолуние. Если облаками небо не затянет, светло будет, вполне можно шагать.

Он еще раз посмотрел вслед удаляющейся попутке и решил:

— Ну, да что ж! Больше половины пути проехал, осталось-то всего ничего, каких-то сорок километров. Если б по хорошей дороге, так восемь часов ходу. По тропе на пару-тройку часов побольше. Можно и прогуляться, дорогу осилит идущий!

Подхватив с дороги небольшой рюкзачок с провиантом и запасной одеждой, перекинул его на спину, поправил на плече ремень небольшого охотничьего карабина и, не оглядываясь, пошел вниз по тропе. За ним, как послушная собака, потянулись привязанные сыромятным ремешком к рюкзаку широкие охотничьи лыжи.

Трескучий скрип его шагов, отражаясь от заледеневших деревьев и приходя в плотном холодном воздухе с разных направлений, создавал иллюзию идущих сзади попутчиков.

— Что ж,- решил Андреич,- веселее будет идти! Путь не близкий, да и дорога – не шоссе!

В Поселок, оставив свою партию на главного геолога,  Андреич прибыл с оказией по вызову высокого геологического начальства. Отчитавшись о проделанной работе и получив, как, посмеиваясь, говорили геологи, ЦУ и ЕБЦУ, он должен был, опять же, с оказией, вернуться к себе в партию. Но как тут сразу вернешься?! А жена? А маленький сынишка? Ведь четыре месяца дома не был! Вот и позволил себе маленькую человеческую слабость – счастье повидаться с сыном и женой.

А на следующий день ударили морозы. Какая уж тут может быть оказия?! Так и ходил почти две недели по экспедиции, ловя косые взгляды начальства, да слыша перешептывание за спиной.

И тут это обманчивое потепление.

Понимая, что путь впереди не из легких и, что в такое, не очень подходящее для прогулок, время в путь обычно без крайней надобности не выходят, он, укоряя себя за допущенную слабость, все же находил себе оправдание:

— И так сына совсем не вижу. Разве ж это дело?! Совсем ведь без меня растет. Теперь, выходит, повидались. А за удовольствие надо платить. Так этот поход расценивать и будем.

 Первые несколько километров дались нелегко. Узенькая охотничья тропка вилась среди кочек, меж низкорослых лиственниц и разлапистых, пожелтевших от близости болота елок. Холодный воздух  с первых же шагов заставил перейти на короткое, почти собачье, дыхание, начал намораживать в носу ледяные кристаллы. Приходилось часто останавливаться, чтобы оттаять нос, согреть руками щеки. Не хватало кислорода.

Наконец, пришло второе дыхание, организм, очнувшись от спячки, выдал свежую порцию крови, зашагалось легче. Вон уже и речку видать. Теперь вверх по ней до самых гор. И там, в горах еще километров двенадцать. Если нигде на берег выбираться не придется, то по ней да на лыжах идти куда быстрее будет. Может, еще и удастся посветлу опасный участок пройти. И так-то наледь – дело серьезное, а уж эта… И ведь не обойти! Эх, если б градусов на двадцать потеплее было!

Выйдя на речку, Андреич привычно, не спеша, снял с плеч рюкзак и отвязал от него лыжи. Затем так же привычно, не садясь, вынул из-за пазухи еще теплый сверток. Развернул бумагу и улыбнулся: жена собирала! Приятно все же, когда есть, кому о тебе позаботиться! Отламывая то небольшие кусочки от быстро леденеющего на открытом воздухе куска хлеба, то такие же маленькие дольки от оленьей котлеты, он жевал и, блаженно щурясь, вспоминал, как причитала, жалея и собирая его в дорогу, Нюрка.

— Не ходи, подожди еще, теплее станет… Может, и вертолет будет! Опасно же это! Да еще в одиночку! И в такой мороз! Случись что – кто поможет?! Сам же про ту речку говорил, что коварная она! А утонешь, как мы без тебя?- чуть не в голос причитала со слезами она, — А и не утонешь, так волки напасть могут. Они-то не медведи, не спят зимой, еду ищут!  

Доев свой немудреный обед, Андреич запил его несколькими глотками еще теплого крепкого чая из небольшой плоской бутылочки из-под коньяка, причмокнул и потянулся, было, к карману за папироской, но передумал.

— Холодно, — решил он,- не будет, небось, табак тлеть. Ладно, побережем здоровье, потом покурю…

Встав на лыжи, он повесил на шею карабин и, положив на него руки, пошел широким шагом. Лыжи хорошо, почти не проваливаясь, держали на плотном лежалом снегу. Отдалившись от берега, он вскоре вышел на старую слегка припорошенную снегом замерзшую наледь, и идти стало легче.

Осматривая на ходу все выше поднимающиеся берега, он время от времени не забывал посматривать на уходящее за спину и опускающееся к горизонту солнце. День близился к концу. Вон уже и снег приобрел красноватый вечерний оттенок. А впереди, всего в паре километров, уже видно как парит наледь. Та самая. Нет, не пройти, пожалуй, это опасное место пока светло, не успеть. Теперь вся надежда на лунный свет.

Так и получилось. Солнце уже скрылось за высоким берегом, который накрыл своей тенью и речку, и парящую наледь. Только верхушка туманного языка наледи чуть подкрашенная последними красноватыми лучами выделяется на фоне все еще искрящихся гор. А до восхода луны еще пару часов продержаться надо. Там уж легче станет, виднее. А пока  придется полагаться на остатки видимости да на слух. Авось, да и удастся услышать выбивающуюся из-подо льда воду!?

Ограниченная видимость и ощущение близкой опасности сильно снизили скорость движения. Тут той наледи и всего-то, может, метров восемьсот! А вот, поди-ка, пройди в таком тумане! Приходится все время присматриваться да прислушиваться. Вот справа, вроде, журчит ручеек, побулькивает, вырываясь из-подо льда и растекаясь поверху. Не стоит искать с ним встречи, лучше заблаговременно взять чуть левее. Тут ведь даже и тонуть не обязательно, достаточно валенки промочить. И все! Считай, шансов дойти без потерь по такому морозу уже почти нет!

Так шаг за шагом от островка, не залитого водой, до следующего островка и прошел он всю наледь. Ай да мы! Даже сам удивился, как все гладко прошло! Просто вышел из тумана, а впереди уже чистый слегка припорошенный лед. Только местами сугробы да передувы остались. Не все, выходит, вода пока съела. Ну, тут уж на лыжах-то и вовсе легко идти будет. И безопасно. А к весне такую толщу наморозит, что хоть на бульдозере по ней катайся!

Обрадованный и успокоенный легкостью прохода этой коварной наледи, Андреич шаг за шагом приближался к своей цели: базе геологической партии. То-то удивятся и обрадуются работяги, когда он в такой мороз да ночью вдруг на базе объявится! Он ведь не только сам появится, а еще и почту принесет. Осталось-то всего пара-тройка километров!

Размечтавшись о теплой встрече и горячем ужине, Андреич прибавил шагу и в свете восходящей луны начал подворачивать вправо, к левому берегу речки. К устью ручья, на котором стояла база. Жаль только, что лунный свет в устье не попадает. Накрывает его тень от горы. Ну, да ничего, вон как луна соседние сопки высветила! Даже тени от деревьев на фиолетовом снегу видны. А по заснеженной речке даже дорожка лунная поблескивает! Красота!

Войдя в тень, Андреич даже не сразу понял, что идет уже практически по воде. Просто показалось, что на пути его возник спуск с горки. Опомнился только тогда, когда почувствовал, как затекает в валенки и подбирается к коленям холодная вода. Андреич попытался остановиться, но лыжи продолжали потихоньку скатываться с горки, предательски увлекая его в воду, под лед.

-Что ж это такое! В промоину попал, что ли? Выходит, рано успокоился?! Эх, права Нюрка была! Не надо было ходить. Не отпускала ведь! Не послушался. Да еще расслабился, бдительность потерял… Что же делать?! Так ведь и утонуть недолго. Надо как-то выбираться.

Но как? При малейшем движении напрессовавшие себе где-то под водой снежный упор и вроде бы остановившиеся лыжи снова начинают потихоньку сползать вниз.

— Эге! Эдак я не только ноги промочу… Вон, вода аж до пояса дошла. Холоднючая!

Способность подшучивать над собой  в любых ситуациях уже не раз помогала Андреичу выбираться из самых сложных положений:

— Хорошо еще, что хоть галстук сегодня не надел, точно испортил бы!

И как всегда, приходит решение:

— А что, если попробовать карабином на край промоины опереться? Ура, получается! Только вот за лыжи кто-то крепко держит. Наверное,  между слоями наледи зашли, их теперь только назад вытянуть можно. А назад-то как раз и не получается, соскальзывают лыжи! Утопят они меня! Надо от них освобождаться.

Опустив руку в воду и нащупав на поясе широкий охотничий нож, Андреич нагнулся и, чувствуя, как противно заливается за ворот свитера вода, как ледяными пальцами сдавливает грудь, поочередно обрезает крепления лыж.

Теперь еще несколько плавных, чтоб не обломить кромку льда, усилий и вот он, почти без сил, лежит на краю промоины. Хриплое дыхание вырывается из натруженных легких, надо встать и идти, но сил нет, совсем не осталось!

— Врешь, не возьмешь! Дойду! — хрипит он, и встает сначала на колени, а затем, качаясь, во весь рост.

Холодный воздух схватывает мокрую одежду, начинает сковывать движения. Андреич с трудом делает первый шаг, потом второй. Начинающая промерзать мокрая одежда хрустит – ломается тонкий свежий ледок и через трещинки в нем мороз подбирается к следующему, более глубокому слою одежды.  Трудно идти по пусть и неглубокому снегу без лыж! Ну да что поделаешь, не пропадать же. Остановишься и все – пиши «пропало»! Скует морозом и не получат свою почту наши работяги! Значит, пока двигаешься, тогда и жив!

А на базе круглогодичной геологической партии, под аккомпанемент потрескивающих в печке лиственных поленьев, собравшись вокруг стола с керосиновой лампой, коротают вечер за игрой в преферанс те самые работяги. Они с удовольствием расписывают «пулю» и все у них ладится: игры играются, взятки, что должны были браться – берутся, мизера, как им и положено – ходят парами.

— А что, братцы, — вопрошает вдруг самый молчаливый игрок, — а не кажется вам, что уж больно все гладко сегодня идет?! Я это к чему? Неспокойно как-то на душе… Да и примета, говорят, есть… Мол, если в картах все легко, так обязательно кому-то из близких сейчас трудно.

Думаю я, а может Андреич где-то к нам пробивается?

             — Ну, ты скажешь! В такой-то мороз!? Андреич сейчас дома, с семьей чай пьет. Это уж наверняка! Оно, конечно, такого еще не бывало, чтоб он по полмесяца отсутствовал, ну да что поделаешь, стихия! В аэропорту сейчас «штормят» по температуре, да и темно уже. Сам знаешь, в горы ночью не летают. Так что не на чем ему сейчас к нам попасть.

            — А все равно, неспокойно как-то… И в тамбуре вон… Вроде, ворочается кто-то… Эй! Кто там?! Заходи, не заперто!

            — Да кому там ворочаться?! Собак всех хозяева домой взяли, чтоб лапы да хвосты не поморозили, медведи спят … Разве что шатун? Хотя какой нормальный шатун до таких морозов доживет?! Замерз бы уже! А в тамбуре-то, вроде, и в самом деле кто-то шевелится… Ну-ка… Эге! Дверь чем-то привалило! А ну, братцы, помогай!

Спустя несколько минут общими усилиями дверь открывается, и привалившая дверь ледяная глыба втянута в избушку.

— Братцы, да это ж… Господи!.. Никак Андреич!?

И действительно: на полу избушки в напрочь обледеневшей одежде лежит Андреич. Глаза его закрыты, дыхания почти не слышно.

— Так, а ну, расступись! Воду давайте, теплая еще! Вытаивать будем, надо его из одежды вытащить. А ты, Костя, дуй к Маше-завхозу, возьми у нее бутылку спирта. Да расскажи ей там все по-быстрому, скажи, что Андреича растирать надо, а то не даст, Андреич же пьянство запретил! Да не задерживайся! — взял на себя командование пользующийся заслуженным авторитетом Полтора Ивана. — А ты, тезка, печурку наддай! Промерз он сильно!

Через несколько минут прибегают Костя с пустыми руками и не поверившая ему завхоз Маша с бутылкой спирта. И вот уже изъятый из оледенелых одежд и пришедший в себя Андреич покряхтывает под мозолистыми руками мужиков:

— Тише вы, черти, у вас же ладошки как рашпили! И это… Письма там в рюкзаке… Только размокли, наверное…

Однако после четверти стакана чистого спирта почти насильно влитых ему в горло он уже не сопротивляется, только чуть постанывает при попадании спирта на свежие царапины нанесенные не в меру ретивыми «массажистами».

— Все! Шабаш, братцы! Теперь укутать и пускай отсыпается. А нам, как говорится, за труды праведные не грех и по пятьдесят граммов, осталось тут чуток.

Полтора Ивана заботливо прикрывает клапан спального мешка и отходит к столу, где работяги, ища почту, уже разбирают насквозь мокрый рюкзак Андреича.

Сергей САФРОНОВ

                  г. Красноуфимск

Наледь: 36 комментариев

  1. Ага, понятно… Я ошибся. Но тогда все равно интересно! Sahavlad, Саша, вот эти твои строчки «Сам когда-то замерзал, идя в Нежданку около пятнадцати часов пешком. Побывав в наледи по пояс и будучи куском льда. Когда не согнуться и не сесть.» Поделись с нами? Расскажи? — Северный экстрим! Кусок жизни! Ибо, как ранее, то бишь, выше писал кто-то..»И куда только, и в какие только ситуации мы себя не загоняем!» Эти моменты, когда человек попадает «на грань», они ж всегда интересны, будят что-то… Вл.Семенович столько песен об этих моментах написал… Его тоже такие моменты интересовали… Так что не таись, поделись!

  2. Привет хандыгчане! Вы не можете себе представить какая это радость — читать знакомые имена и названия мест, особенно из далекой и солнечнной Испании! Сам когда-то замерзал, идя в Нежданку около пятнадцати часов пешком. Побывав в наледи по пояс и будучи куском льда. Когда не согнуться и не сесть.

    1. И вам здравствовать, добрый человек!
      Почему же не можем представить?! Так же как и вы трепетно выискиваем знакомые места, имена… События даже…
      Вот, кстати, ваш пеший поход на Нежданку… Не с Билляха ли вы шли? Не вы ли оставили сына с обморозившимся мужиком в рыбацкой избушке?
      А солнечная Испания, кстати, это навсегда или турпоездка? Командировка?

      1. Думаю, что автор будет не против, если я его рассекречу — тем более, что он и сам раньше себя обозначил на форуме хандыгском. Это Саша Владимиров, работал в автобазе и вёл дискотеку в «Манчарах». Которую передал мне по наследству.

        Он в Испании на работе, как я понял на год. Однокашник Валерия Чистякова. Или даже одноклассник.

    2. Саш, ты не против, что я тут за тебя выступаю. А то тяжело твои тексты в божеский вид приводить. В верхнем окошке пиши, пожалуйста, вот так:

      sahavlad

      а во втором сверху свой адрес электронной почты. Иначе оно просто не опубликуется нормально. Остальное поправим.

  3. Придется бате еще раз звонить и уточнять
    На Хунхаде я работал в то лето с ним это точно
    Маршрут в мае покажу ему по ГУГЛУ
    Сергей, обязательно восстановим и место и название речки
    с точностью +-2км

  4. А вообще, забавно… Рассказ в принципе, о событиях на Анеле и Онеле.. А начинаем глядеть район Томпо… Забавно… Но интересно…

  5. Хунхада это ближе к Тополиному. Агылкам, Деленье, Синьгями, Томпо.
    Работал там (1972 г.)в Нямнинском отряде доизучения. А партия называлась Хунхадинская. Там поисковый отряд стоял. Начальником партии был П.А. Сафронов.
    Шинкареву, от меня привет не забыл передать?

    1. Позвольте чуть оспорить, коллега! Хунхада, точнее ее устье, практически напротив с. Томпо. И новость для меня. Нямнинскую партию или отряд, наверное, где батя работал, слышал… Но как -то не догадывался, что это в том районе… А неподалеку, выше Тополинного, в Агылкы жил с родителями в 50-е годы…
      А про привет от тебя Шинкареву не понял… что-то… не меня, наверное, спрашиваешь… А я сунулся…

      1. «… и вот, на второй месяц спора, они решили посмотреть на карту местности …»

        Хандыга — Тёплый Ключ — Нежданинское — Кюбюме: 2 мегабайта.

        Хандыга — Тёплый Ключ — Нежданинское — Кюбюме: 350 килобайт

        Правда, названия ручья там нет. Однако, от Нежданки к трассе там идёт лишь один «ручей» — это Сунтар. И это реально крепкая речка. Мы сплавлялись по Сунтару, практически от Палатки. Там, местами, «Титаника» притопить можно.

        офф. ogoner, это Борисыч меня спросил, относительно моего отца.

          1. Размещаю карту поподробнее. Только она на Аглицком языке…. Трофейная?

            п. Тополиный не обозначен, но он примерно в 20 км. выше с. Томпо. Хунхада впадает напротив с. Томпо.
            Если кому-то нужна эта карта с высоким разрешением, могу послать мылом, но весить будет 5 мБ.

          2. Дим, мне интересно написание (ПРАВИЛЬНОЕ) реки.. Анело или Онелло… до буквы… А то — стыдобушка… А меги мне твои не потянуть, сам знаешь…

        1. В 1986г Шинкарев и Анохин закидывали Геохимическую партию на Сунтар(как видишь Сергей, совпадает)
          Это как раз за Кюбюме направо…
          При заброске были проблемы, под наледь проваливались, но насколько отец помнит справились быстро
          А вот в 1981 было то, что было…
          Буду дома в мае, попробую покопать фоты, но ту, что с Уралом под наледью не уверен, что найду…давно не копался
          Сергей в каком году сплавлялись???
          Я поднимался по Сунтару к ледникам в 1987

          Всех с Днем Геолога!!!

          1. А Анохин… Это Василий? Они и с моим батей хорошо знакомы были.. Не раз он батю моего с партией забрасывал…
            А в 91 меня ночью с напариником своим с Черемухого озера вытащил… И чего я туда поперся!?! Наверное, что б с хорошими людьми познакомиться! :-))) По возможности — привет ему и его напарнику от меня, даже если и не вспомнит как красный (ночь была..) Запорожец тянулся за Уралом на брюхе по колее… Я добро долго помню.
            Всех геологов этого сайта и окрестностей — С праздником!

  6. AlexPiter, только что расспросил отца по телефону: ты прав, были он и Старыгин. Сначала, после того как провалились, пытались пройти вперёд. Но, через полкилометра это стало невозможным. Сдавали назад, вытягивались и так далее.

    Название речки он не вспомнил. Свернули перед Кубой направо, прошли километров пятьдесят вверх по распадку. Этим распадком, водители из АЮГРЭ, иногда пробивались на Нежданку. Тогда, когда основная дорога была недоступна по каким-то причинам.

    … а я даже не знал об этом. Только сейчас приехал из Абхазии и кинулся отцу звонить сразу. Вот же Север… цепляет. А батя едва не заплакал — что его столько людей помнит.

    1. Сергей привет,
      Тоже созвонился с отцом и получил подтверждение…
      Передай привет от него твоему бате, ну и от меня тоже
      Наверное помнит сорванца из 18 квартиры
      …Заброска была 1981году в марте. Конечная точка река Хунхада. Почему полезли именно там — как раз, из за этой непроходимой летом наледи, названия того ручья отец не помнит.
      А летом я туда был заброшен вертолетом с основной партией народа.Места там потрясающие

      1. Прошу прощения… Хунхада… Вроде, это рядом с ТОМПО? Как увязывается с Кюбюме и Нежданкой.?..

  7. Да еще вспомнил, несмотря на то, что фотки были черно-белые…Огромный Урал под наледью со вспышкой — была просто сюрреалистичной

  8. Спрошу у бати, он помнит…
    Была «заброска на весновку», март-начало апреля, 2 Урала…поэтому воды под наледью было мало
    Район не помню. После «инцидента», второй Урал «объехав препятствие» вытаскивал первый
    На фоте, помню, второй вытаскивает первый, из под наледи…
    На след снимке водитель у машины, на крыше видны небольшие вмятины
    Давайте спросим у Сереги Шинкарева…
    Мне почему то кажется, что был Шинкарев старший…правда давно это было, и насколько я помню чп особо не афишировались.
    Лишиться премии и 13й зп кому хотелось???

  9. Сергей спасибо!!!
    Вот так, думаю, Джек Лондон и сотоялся…
    Классный рассказ!!!
    А напомните братцы кто в восьмидесятых из наших водителей провалился под наледь полностью…повезло что не было
    воды(типа по колеса)????
    Ехали какое то время до берега под ней …подрубая лед чтобы крышу не снести, потом «вырубали у берега выезд»…
    Не помню точно фото расплывается в памяти или Шинкарев, или Шемякин, или Бульон…
    У кого те фоты есть???

    1. Алекс, а это где было? Я, вроде, даже и не слышал… Не мог же такое запамятовать?!

  10. Точно! Медный, а не Куранах. Во память дырявая… Мы в тот раз лёгким испугом отделались. Унты, правда, промочили, пока из «уазика» на берег выбрались…

    1. А я ничего не промочил… около 2 часов чай пил да колесами шевелил, что б не вмерзнуть… Ждал пока день белым станет, а те, кто на берегу этого ждал, мимо поедут…Эквилибристом на крыше «Запора» поработал… Ну, что б до буксира жобраться… И тем же путем обратно в кабину… У меня унты летные были… Их только промочи… Сразу ландухи приснятся…

  11. Поздравяю,Петрович-Ogoner.Твой рассказ никто не забудет. Не поверишь, я будто пережил всё это наяву. Думаю всем, кто стоял хотя бы на краю такой наледи, стало страшно так же, как и мне.Я застревал посреди наледи на Куранахе, но в «уазике». Была луна, но и был свет фар. На берегу была палатка с охотником и печкой, да еще «Урал из Тополиного пришел, как по заказу.Вот почему мне жутко представлять все то, что реально пережил твой добрый Андреич. И под лед я лишь раз проваливался — в райкомовском озере в начале мая.Не дай Бог никому повторить страдания Андреича.
    По тексту видно, что ты не курильщик. Папиросы не гаснут на морозе. Но ни один настоящий северянин в такую стужу курить не станет, если уж только не будет ему невмоготу. От мороза продукт горения конденсируется, чернеет бумага, на губах появляется горькая смола. Мало удовольствия. Как минимум, курить на морозе не рекомендуется.
    Очень точно заметил, что в такое время кажется, будто кто-то за тобой идёт.Мог бы и про»шепот звёзд» упомянуть в познавательных целях. Не забыл его? Очень яркий штрих.Шарф на лице — хорошая защита в долгом пути.Если рюкзак тяжелый, то карабин, действительно, удобно нести впереди себя, а без рюкзака — за спиной, подцепив его локтями. Пояснице станет легче.Надо бы поподробнее выписать чувства и мысли Андреича, понявшего, в какую он ситуацию влип. Мне-то жутко писать даже эти строки, а кто не видел наледи,может и не почувствовать остроты драматизма таких минут. Тут ты явно поторопился. И как добирался до избушки…
    Твой коллега упал зимой в Белое море и поставил рекорд прибывания в ледяной воде. К ночи добрался на льдине до берега,ввалил в сельмаг и ледяной статуей рухнул на пол. Все покупатели вмиг рабежались по домам, заперли двери и выключили свет. Не пускали и до этого, когда он брел к магазину. Лишь одна баба потащила его к себе в дом и отогрела.Поисковая группа приехала лишь наутро. Но здесь другая ситуация — надо было добраться до теплушки к друзьям. Вот где характер проявился!Молодец,спасибо.Не приведи Господь всем хандыгчанам в такую историю попасть.

    1. Спасибо, Валер. Батя у меня вроде меня… :-) Он о своих чувствах особенно не распостронялся… И страха не любил показывать. Так что как он боялся и о чем думал в тот моент, мне не ведомо. А как до избушки добирался, он и сам не помнил… Видимо, на грани был… И не романтик он был, практичный мужик, потому и о шепоте звезд ничего…
      Сам я под лед только раз нырнул… в 4 классе. В луже возле старого базара. Но выплыл по собачьи.Забавное было зрелище. DBK это помнит.
      А наледь.. Да штука страшная. Особенно, если один… Вот, кстати, в «Пузыре» .. я там намек кинул… Может и опишу как-нибудь… Мы еще и в наледь на лбратном пути влетели… А еще …
      Если от Тополинного ехать, то перед Медным есть еще ручей… Я там дорогу перепутал, на пятачек вылез, а вокруг наледь. 40 минут на одном месте разворачивался… Были причины. А потом в Медном уже сел в наледь и простоял там до рассвета… Слава Подзираев меня вытащил своим уазиком…

  12. Здорово!
    Только твой батя ноги не промочил-бы. Он мне сам рассказывал как в мороз валенки непромокаемыми делать.
    Быстро в воду макнуть и подождать пока корочка льда образуется. Потом вода во внутрь не попадет. Так же и штаны ватные морозить можно.
    Старый охотничий способ, называется заморозить валенки.
    А якуты штаны и куртки из шкуры россомахи делали, мехом наружу. Если на морозе в воду попал и выбрался, достаточно одежду отряхнуть , лед иголочками выпадет.
    Одежды из россомахи у Андреича наверно не было, но про валенки он точно знал.

    1. Знал, конечно… А еще он знал, что это обмораживание валенок спасает кратковременно… т.е. при достаточной пролжительности воздействия воды защита тает… И, если долго уже идешь, защита разрушается…И когда через край валенка вода сквозь голяшку втекает, тоже не помогает… :-) Ну как болотники, если воды по шею…
      А одежды из рыси у него и вправду не было… Из нерпы, кстати, тоже… :-)))

      1. Я понимаю, что не в тему ляпнул…..
        В любом рассказе главное эмоциональное воздействие.
        Так что о технических тонкостях в личной переписке.
        Они вряд-ли кого-то заинтересуют. Ты же меня буквоеда знаешь….

        1. Да ладно, не прибедняйся… Мысль-то понятна и правильна… Просто речь не об этом идет…

  13. Вот те на! Пока я с тобой и DBK объяснялся, тут наледь растеклась. На этот раз проявлю выдержку, пусть покроется корочкой, чтобы осторожненько по ней пройти. Прочту в более спокойной обстановке, потом постучу.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Получать новые комментарии по электронной почте. Вы можете подписатьсяi без комментирования.